CrisisFAQ

В 1978 г., когда президент Картер направил меня в Китай для тайных переговоров, результатом которых стала нормализация отношений между США и КНР, в Пекине проживали всего 1200 иностранцев. Не далее как вчера 1100 американских дипломатов переехали в новое здание посольства США, а всего по оценкам в городе сегодня живет 150000 иностранцев. Из-за нормализации наших отношений ситуация в мире изменилась к лучшему, стала более безопасной.

Практически сразу после нормализации мы начали сотрудничать в сфере безопасности, что обернулось реальными выгодами как для США, так и для Китая. Результатом этого сотрудничества стало изменение расстановки сил на глобальной шахматной доске 'холодной войны' - не в пользу СССР. Кроме того, нормализация косвенно способствовала реализации всеобъемлющих экономических реформ, задуманных Председателем Дэн Сяопином. Без расширения двусторонней торговли и налаживания финансовых связей вследствие нормализации достичь динамичного роста китайской экономики было бы значительно труднее.

Каков же сегодня геостратегический характер американо-китайских отношений?

В статье, опубликованной в журнале 'Ляован' 14 июля 2008 г., они определяются как отношения 'комплексной взаимозависимости', в рамках которых обе стороны воспринимают друг друга в духе прагматизма и умеренности, что позволяет им 'конкурировать и консультироваться на основе существующих международных норм'. Конечно, Китай, укрепляющий свои позиции на мировой арене, можно рассматривать как 'ревизионистскую' державу в том смысле, что он выступает за ряд важных изменений в системе международных отношений, однако, добиваясь этих изменений, Пекин проявляет терпение, действует благоразумным и мирным путем. Американцы, причастные к внешней политике страны, особенно высоко оценивают тот факт, что в стратегическом мышлении Пекина произошел отход от концепции глобальной классовой борьбы и насильственных революционных преобразований, и акцент теперь делается на 'мирном усилении' его международного влияния в условиях 'гармоничной ситуации' на мировой арене.

Подобные точки соприкосновения также помогают обеим странам улаживать остаточные или потенциальные разногласия, и сотрудничать в решении таких проблем, как те, что возникают в связи с северокорейской ядерной программой. Если мы будем постоянно помнить о том, что именно взаимозависимость является основой наших отношений, мы сможем успешно действовать и по другим вопросам, на которые мы смотрим по-разному.

Какова должна быть сегодня наша главная общая цель? Наши отношения не могут носить статичного характера: они должны либо расширяться, либо 'сужаться'. В первом случае выиграют не только обе наши страны, но и весь мир. В практическом плане нам следует укреплять и углублять наше геостратегическое сотрудничество, не ограничиваясь, естественно, такой текущей задачей, как тесное взаимодействие в борьбе с экономическим кризисом.

Необходимо, чтобы Пекин напрямую участвовал в диалоге с Ираном, поскольку последствия провала переговорного процесса с этой страной затронут и Китай. Кроме того, американо-китайские консультации по проблеме отношений между Индией и Пакистаном могли бы привести к более эффективным, пусть и неформальным, посредническим усилиям Вашингтона и Пекина - ведь конфликт между Дели и Исламабадом стал бы катастрофой для всего региона. Китаю также следует активно участвовать в урегулировании палестино-израильского конфликта, все больше грозящего радикализацией и дестабилизацией Ближнего Востока.

Нам необходимо выработать общий подход к устранению рисков общемирового масштаба, связанных с климатическими изменениями. Мы также должны изучить возможность создания более многочисленных миротворческих сил ООН постоянной готовности, которые можно было бы направлять в 'несостоятельные' государства. Несомненно, нам нужно тесно сотрудничать в вопросах преобразования нынешней 'большой восьмерки' ведущих промышленно развитых стран, с тем, чтобы превратить ее в 'группу четырнадцати' или 'группу шестнадцати', что позволит расширить круг государств, принимающих решения общемирового характера, и усилить координацию действий по преодолению экономического кризиса.

Однако, чтобы все это стало возможным, нам необходимо образовать неформальную 'двойку'. Отношения между Китаем и США должны носить характер всеобъемлющего партнерства - такой же, как наши отношения с ЕС и Японией. Поэтому нужно наладить процедуру регулярных неформальных встреч высших руководителей наших стран, чтобы они могли лично проводить углубленные дискуссии не только по вопросам двусторонних отношений, но по международной проблематике в целом.

Очевидно, что речь идет о весьма амбициозных задачах - как в политическом, так и в философском плане. Акцент Пекина на 'гармонии' мог бы послужить весьма полезной отправной точкой для вышеописанных американо-китайских саммитов. В эпоху, отмеченную возрастанием опасности крайне разрушительного 'столкновения цивилизаций', крайне необходимы целенаправленные усилия для их подлинного примирения. Эта задача должна найти отклик у избранного президента Барака Обамы (Barack Obama) - внутренне склонного к урегулированию противоречий. Несомненно, ее позитивно воспримет и председатель Ху Цзиньтао (Hu Jintao) - автор концепции 'гармоничного мира'. Речь идет о миссии, достойной двух стран, обладающих уникальным потенциалом с точки зрения определения будущего человечества.

Збигнев Бжезинский - бывший советник президента Картера по национальной безопасности. В основе данной статьи лежит доклад, с которым он выступил в Пекине на этой неделе.